Организация концертов +7(495)532-7712


Интервью «Metro Воронеж»

Свой первый тур вы назвали «Пешим». С чего такое название?

Антон: Мы идём пешком, правда, правда.
Алексей: Да хватит, ну что ты гонишь.
Антон: Не, мы идём пешком.
Алексей: Ну да, если серьезно, идём пешком. Ладно, мы придумали такое название, чтобы все поняли, что это наш первый тур и наши первые шаги в гастрольной деятельности. Мы ехали на машине до Воронежа и ходили по нему пешком, потому что мы должны отрабатывать своё название пешего тура. До Липецка, говорят, тут недалеко – 100 км, может, и пешочком дойдём. Каждый километр – стопочка за здоровье Илюши. Он же у нас сегодня именинник.

2l5Mwp_6t6A

Как же будете отмечать день рождения?

Илья: Мы сейчас куда-нибудь поедем, посидим, у нас же тур, нам нельзя отмечать. Отметим тихонько где-нибудь.

Почему назвались так просто: «Смирнов, Иванов, Соболев»?

Антон: Нам надо, чтобы люди нас запомнили. Даже хорошо, что у нас такие простые фамилии. Раньше у всех в Comedy Club были клички. А сейчас от этого отошли, чтобы не были обезличены артисты. Мы думали над названием, но ничего толком не придумали. Гарик Мартиросян хотел назвать нас «Трио-де-Жанейро». Но мы узнали, что есть уже такая группа, они втроём играют фламенко на гитаре. А хотя чего я вас обманываю? На самом деле, я Бергольц, это Шниперкель, а это Родригез. Когда мы появились в качестве трио в Comedy Club, нас Гарик всегда представлял по фамилии. Называться по-другому не было смысла. Трио «шатены», «шато де юмОр»? Люди уже привыкли, что вот Смирнов, тут Иванов и Соболев.

ASG8S8VAK38

Выступать втроём сложнее, чем в дуэте?

Алексей: Выступать одному очень сложно, вдвоём легко, а втроём еще сложнее. Когда выступаешь один и забыл текст, тебе никто не подскажет. А когда же выступаешь втроём, то помочь легче. Но репетировать и выступать сложнее, ты же не можешь сказать: сейчас ты говоришь, после тебя я, а после меня ты и так далее. У нас же в выступлениях круговорот.
Антон: Когда начинали, тяжело было. Мы никогда не писали номеров в 3 линии, с драматургией. Раньше же так – «тяп-ляп», одна шуточка. Структура самих номеров была проще.
Илья: Сами номера стали длинными, и стало сложнее держать себя и свои эмоции в руках. Чтобы всё выстроить в более профессиональный формат, надо чтобы прошло ещё время. Мы сейчас только на стадии становления.

В ваших выступлениях всегда есть импровизация?

Илья: Мы, конечно, не единственные, кто занимается импровизацией. Но мы одни из тех, кто посвятил этому большую часть своего творчества. Раньше мы часто выступали в клубах, потом была «Убойная Лига». Так что нам это не так сложно даётся, и мы решили использовать эту фишку в своих концертах. И от этого каждое наше выступление эксклюзивное. Мы даже сделали перед второй частью выступления знакомство с залом. Это тоже очень хорошо работает, хотя многое зависит от зала и, конечно же, от нас самих. Мы же ещё не эксперты в этой области, но, тем не менее, нам удаётся придумывать неплохие шутки.

Вы шутите на разные темы: от политики до пошлостей. А есть ли темы, на которые вы никогда не будете шутить?

Алексей: Вряд ли наши шутки можно назвать пошлыми. Они у нас безобидные, в них нет какой-то ярости или агрессии. У нас мир такой мультяшный, с вымышленными персонажами. Да, шутки можно назвать резкими, поэтому мы удивляемся, когда к нам на выступление приводят детей, ведь надо понимать, что если 18+, то тут точно недетские шутки.
Антон: Понятное дело, что мы не будем брать какие-то темы, связанные с катастрофами, крушениями, гибелью. Очень странно в этом искать что-то смешное. По большей части пытаемся взять бытовые ситуации.

uU8XO5eM1yU

После выступления вы очень горячо обсуждали в гримёрке ошибки в ваших миниатюрах. Такое происходит после каждого концерта?

Алексей: Дело в том, что мы сейчас ещё притираемся друг к другу. Это наш первый опыт тура, и, естественно, хочется его усилить, улучшить. Мы сравниваем то, что было задумано, с тем, какая реакция.
Антон: Хочется, чтобы наши выступления в какой-то момент летали, чтобы мы не думали об этом. А работа шла сама, да чтобы мы могли по скайпу выступать. Шучу, конечно. Мы делали очень много выступлений в Питере и понимали, какие шутки лучше работают, и их уже вставляли в тур как проверенные. Бывает такое, что на двух выступлениях эта шутка заходит хорошо, а на третьем не заходит, но это не значит, что она плохая. Все зависит от зала: или менталитет у людей другой, или они уже пришли с другого юмористического концерта и им не хочется смеяться.
Алексей: У нас есть опыт бесплатных открытых репетиций в Петербурге. Мы показываем людям совсем сырые номера, некоторые даже без концовки. Нам важно понять, работает ли хотя бы сам сюжет.

Не думали сменить свой имидж в сторону брутальности?

Алексей: Я однажды две недели не брился, ну это отвратительно было.
Антон: Наколки делать, на «хамерах» въезжать в зал…. Ну, я даже не знаю. Не наше это. Мы уже привыкли, что у каждого есть свой стиль в одежде, поведении. Зачем его менять?
Илья: Мы еще сами по себе другие. На сцене мы пытаемся создать такую вселенную, в которой играем дурацких, хамоватых, может, даже немного пошлых персонажей. Но в жизни мы совсем другие люди. Если мы на сцене будем все такие брутальные, а в жизни нет, то люди поймут, что мы их обманываем.

А вне концертной деятельности вы общаетесь друг с другом?

Антон: Мы с Лешей вообще живём в соседних кварталах. Но, знаете, у нас так мало времени в Петербурге, и мы стараемся посвящать его своим семьям. Естественно, если у кого-то дни рождения, то мы отмечаем вместе.
Алексей: Мы все любим поржать. И изначально это был импульс к тому, чтобы заняться КВН-ом и так далее. Мы все из одной тусовки, в которой всегда шутят. Мы часто вместе.
Илья: Бывает, что после перелётов или долгих выступлений хочется побыть в тишине. Но это день-два, не больше. Но если ты неделю не занимаешься юмором, то потом нужно пару дней, чтобы восстановиться. Вот здесь, в башке, надо постоянно что-то делать.

В последней миниатюре вы забирались друг на друга. Когда репетировали этот номер, ничего себе не сломали?

Алексей: У вас мы установили рекорд. Сегодня была самая высокая пирамида нашего номера!
Антон: Ага, высокая. Сегодня ребята чуть не грохнулись, я пытался держать их мышцами шеи. Я даже не мог сказать свой текст, потому что у меня все пережало, и я чувствовал, что они падают.
Илья: Ну да, я слишком высоко залез, и меня начало заносить назад. Ну ничего, все живы-здоровы.

AD14N92d22g

Вы говорили о нашем Машмете. Часто используете такие связи с городом, в котором выступаете?

Антон: Аудитория очень хорошо воспринимает, когда говорят что-то об их городе. Мы однажды были в Мурманске, и я просто офигел. На входе в гостиницу был барельеф с городами Мурманской области. Мы ждали заселения, и я начал запоминать города. У нас с Лёшей было выступление в клубе, и в одном номере мы назвали какой-то из их городов, аудитория так оживилась.
Алексей: Да, публика громко кричала «юхууу». Мы уже предложили публике не выступать, а просто так стоять и называть все города Мурманской области, которые вспомним. А у вас мы уже не раз были, знаем, что такое Машмет. Знаете, город у вас очень хороший, но вот публика тяжеловата. Зрители у вас очень требовательны. Это ни хорошо, ни плохо, не знаю. В любом случае нам у вас всегда нравится выступать.

3oExJrBqT4o

Add a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *